Forbidden Garden of Eve

Открывается солнечно: сочный грейпфрут и апельсин наполняют воздух светом, а липовый цвет добавляет медовую, почти невесомую нежность — так пахнет сад в тот самый первый час рассвета, когда роса ещё не высохла на лепестках. В сердце раскрывается тубероза — крупная, кремовая, живая, будто только что сорванная и вплетённая в венок ещё тёплыми от солнца пальцами. Апритон добавляет грушевую сочность, ту самую, что заставляет цветок звучать сладко, но не приторно. А дальше сад начинает дышать глубже: амброксан и чистый мускус создают ощущение тёплой, нагретой солнцем кожи, дубовый мох и пачули — землю под ногами, ещё не тронутую грехом. Это чистота, которая ещё не знает искушения — женственность в её первозданном, ничем не омрачённом виде.